![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
А по испански – bacalao. Высокий сезон которой как раз начинается и ее зовут тогда skrei.
Моя матушка родила меня в Мурманске, где провела несколько лет. Эти годы она потом не раз называла самыми счастливыми годами своей жизни. В числе прочего, вспоминала треску, к которой с тех пор не могла равнодушно относиться. В продаже в Киеве ее не было, но иногда, простояв очередь, можно было купить треску в томате в специальной кулинарии на Крещатике. Меня это блюдо не впечатляло, рыба была суховатой, хоть и в томатном соусе. Как теперь понимаю, она была неправильно разморожена. Но и в таком виде матушка числила ее деликатесом.
После жизни в Норвегии я понял мою мать и тоже стал фанатом трески. А треска в томате здесь тоже есть и зовется bacalao con tomate. Но общим с советской киевской кулинарией является только название, а в остальном ничего общего: здесь она волшебна и тает во рту (нижний снимок).
Моя матушка родила меня в Мурманске, где провела несколько лет. Эти годы она потом не раз называла самыми счастливыми годами своей жизни. В числе прочего, вспоминала треску, к которой с тех пор не могла равнодушно относиться. В продаже в Киеве ее не было, но иногда, простояв очередь, можно было купить треску в томате в специальной кулинарии на Крещатике. Меня это блюдо не впечатляло, рыба была суховатой, хоть и в томатном соусе. Как теперь понимаю, она была неправильно разморожена. Но и в таком виде матушка числила ее деликатесом.
После жизни в Норвегии я понял мою мать и тоже стал фанатом трески. А треска в томате здесь тоже есть и зовется bacalao con tomate. Но общим с советской киевской кулинарией является только название, а в остальном ничего общего: здесь она волшебна и тает во рту (нижний снимок).
